20 янв 2019 МАМ Я|В ХЛАМ :

Колобок.Часть1.




Жыли-были, кароче, старик са старухой. В диревне и причом очень давно, хотя хуле об этом гаварить – фсе и так знайут, што сказке песдец скока лет. Ну вот, бля, в те вримина, жызни нихуя не было настаящей – разруха в стране, царь, сцука, биспридельничает. Паследний кусок хлеба, блять, и тот забирает у бедных и нищястных. А уж пра вотку хуле и говорить, не было ийо вапще. Хотя фсе-таки, наверное, патамушта ищо Миндилеев не радился. И сыра не было, и шпротов не было, и бля ваще. Ну дифицыт кароче.

Вот, кароче, царь заходит к бапке с дедом. А они, несматря на такую хуйовую жызнь, йебуца на печке. Ну царю так ниудобно стало, што песдец. Нет, ну он канешно биспридельщик ниибацца, но не да такой же степени, штоп людей паследней радасти лишать. Решыл царь тактична падаждать пока они найебуцца. Час ждет, два ждет, заглянул в дверь – йебуцца, ну ладно… Ждет ищо сутки, пириадически заглядывает – один хуй йебуцца… Ищо через час царскае тирпение кончилось. Зашол он в избу и так нинавящива замечает: «Кхе-кхе, бля, добрый день нах, я вам не памешал? Дарагие маи бабушка и дедушка, у миня слажылось фпичитление, што вы не друг друга йебете, а мне мазги. Не саблагавалите ли вы слезть с печки, пажаласта». Вежливый как песдец, ну на то и царь. А если все цари, блять матом ругацца будут, нахуй тагда никакая дипламатия нинужна.

Ну кароче врубились бапка с дедкой, што нихуя их номер не прашол и слезли с печки. «Здравствуй, сцука, царь дарагой! За чем пажалавал? Уж не пазырить ли на нас и падрачить, анананист йобаный, пажаласта?». Надо заметить, што бапка с дедкой, хотя и были бедные, но тоже ниибацца вежливые. «Да вот такая хуйня, мои верные подданные, проходил мимо, дай думаю зайду, отниму у вас паследний кусок хлеба, пажаласта». «Ну а хуле, блять, мы другой хуйни ат тибя, виликий самадержец, и ни ажыдали. На вот. Подавись, сцука паганая, пажаласта. Штоп ты сдох на следующей неделе, дасвиданья». «Так. Што у нас на следующей ниделе? Ага, блять. Канцерт гусляров ниибацца. Нет, бапка и дедка, абламитесь пажаласта, ищо пажыву. Дасвиданья».

Так и ушол, падла, с паследним куском хлеба, блять. Жрать, наверное, иво будет. Ну да хуйсним. Вапще скаска пра другое. Ну кароче, астались бапка и дедка без паследнево куска хлеба. Абломно, блять. Ну можете прицтавить сибе, да? Йебешся сутки ни за хуй, жрать хочецца, а тут, бля, аблом такой жосткий. Сидят кароче, гарюют. И тут деду умная мысль пришла в голову: «Бапка, бля, а давай ты калабка сделаешь! Захаваем, а? А то чото блять жрать вдруг захателось…». «Йобнулся, ты дед, савсем или ищо не савсем? Из чево я тибе иво изгатовлю? Муки – хуй, яиц – хуй, патсолнечнава масла – хуй. Или ты хател не кОлобок, а кАлобок?». «Гамно сама жри, дура. Канешна же, я хател кОлобок. А ты йесли такая неврубная паслушай мой ниибацца граматный савет: подмети в хате и в сусеках, а то бля песдец как неубрано, с одной стараны, а с другой стараны, кагда в сусеках падмитать будешь, абрати внимание, пажаласта, на пол, там инагда мука пападаецца».

На том и парешыли. Гиниральная уборка принисла муки дахуище. Ну не то штоп савсем дахуище, но на кОлобок хватит. Ну начались чюдеса куленарнава искусства и после хитрых манепуляцый на свет паивился гирой нашева павествавания. Румяный такой, песдатый, мяхкий ва фсех атнашениях и очень палажытельный. Лежыт, бля, на акошке астывает. У деда слюнки текут, как у сабаки Павлова. Бапка за тарелками палезла, барматуху какую-то галимую на стол паставила, празник, типа. Села рядом с дедом и фтыкает в кОлобок, буквальна взглядом пажырает.

Видит кОлобок, што щас песдец сказке придет, сажрут его, бля, фсево таково палажытельного и песдатого. И пайдут па песде фсе иво двинацать подвигов, написанных на роду. Сажрут ни за хуй, и фсио, блять, нехуй читателю читать будет. Ну, думает, пора голос подать. «Здравствуйте, дарагие маи радители! Чо-то как-то падазрительно вы на миня смотрите, уж не захавать ли хатите? А вы фкурсе, што это статья? Бля, и охота вам астаток жызни на нарах парицца?».

И поняли старики, што эт не прастой кОлобок и даже не валшебный, а вапще крутой ниибацца оратор и решыли нихуя не жрать, патамушта он абищал вирнуть им все паследние куски хлеба и ищо свергнуть сцуку биспридельщика царя.

Вот так бапка и дедка во фтарой рас абламались пажрать, а колобок, радасный, што так технично найебал стариков, пакатил сибе па дарошке.


Продолжение следует...
Сообщество: МАМ Я|В ХЛАМ
35 0 1 1

Комментарии (0)

Показать комментарий
Скрыть комментарий
Для добавления комментариев необходимо авторизоваться
Мир Теней
Народ Тьмы, мастерски владеющий магией или народ...
Версия: Mobile | Lite | Touch | Доступно в Google Play